Метка: ПРАВО НА АБОРТ

ПРАВО НА АБОРТ

No Comments

ПРАВО НА АБОРТ

ПРАВО НА АБОРТ:
ОТЕЧЕСТВЕННЫЙ И ЗАРУБЕЖНЫЙ ОПЫТ

Г.Б. Романовский

Вопрос о возможности женщины прибегнуть к аборту настолько значим, что зачастую в зависимости от его решения государством оценивают степень демократичности общества. Как отмечает Б. Тобес,

«… проблема абортов в правозащитном контексте очень противоречива. С одной стороны встает вопрос о том, в какой степени еще не родившийся ребенок обладает правом на жизнь. С другой стороны, необходимо понять, вправе ли мать сама распоряжаться своим телом и обладает ли она вытекающим отсюда правом на физическую неприкосновенность и на личную жизнь. Как следствие такой неопределенности, очень сложно уравновесить права еще не родившегося ребенка и матери, сделать выбор между ними» *.
* Тобес Б. Право на здоровье: Теория и практика. М., 2001. С. 243.

Причем как сторонники разрешения абортов, так и противники обосновывают свои требования одними и теми же правовыми ценностями, поэтому необходимо подробно рассмотреть доводы и на их основе сформировать понимание данной проблемы.
Аборт — «… прерывание беременности до того времени, когда зародыш или плод был бы способен выжить вне матки» *. Он может произойти самопроизвольно, под влиянием различных причин — заболевание, недоразвитие половых органов и др. Такой аборт называют выкидышем. Аборт может быть искусственным, в этом случае употребляется иной термин — искусственное прерывание беременности.

* Мастере У., Джонсон В., Колодни Р. Основы сексологии. М., 1998. С. 162.
Искусственный аборт — волевое действие матери. Аборт может осуществляться самостоятельно, в медицинском учреждении, с помощью лиц, не имеющих право на его осуществление, или вне медицинского учреждения (криминальный аборт).
При самостоятельном аборте женщина пытается либо извлечь плод, либо спровоцировать выкидыш. В данном случае она сама причиняет вред своему здоровью. Возникает несколько вопросов: будет ли она нести ответственность за причинение вреда самой себе? Будет ли нести ответственность за причинение вреда плоду? В соответствии с правом на охрану здоровья, — каждый может распоряжаться им по своему усмотрению. Кто-то ведет здоровый образ жизни, занимается спортом, осуществляет профилактические мероприятия. Более того, медицинская помощь будет оказываться вне зависимости от причины травмы или заболевания. Государство вмешивается только тогда, когда поступки гражданина представляют опасность для общества. Так, во всех странах действует санитарное законодательство, направленное на борьбу с инфекционными заболеваниями. Оно предусматривает различные правовые запреты, ограничения и меры ответственности за нарушения.

0б ответственности за причинение вреда плоду следует говорить в нескольких аспектах. Например, когда мать сознательно создает такие условия для развития ребенка, в результате которых новорожденный приобретает заболевания или уродство (во время беременности женщина принимает наркотики). В таких случаях часто женщина отказывается от ребенка и государство берет на себя все расходы по его содержанию.

Аборт в поздние сроки беременности в некоторых случаях можно рассматривать как убийство матерью новорожденного ребенка (статья 106 Уголовного кодекса РФ). Как показывает медицинская практика, уже 19-недельный плод может быть выхожен. В современных условиях сложно констатировать убийство новорожденного ребенка, что вносит определенные трудности в работу эксперта по такому делу и в работу следственных органов при квалификации деяния.

При осуществлении аборта, если плод будет выхожен, но получит дефекты, может ли он по достижении совершеннолетия предъявить иск к лицам, ответственным за принятие решения об аборте? Думаю, что такие вопросы в Российской Федерации в среде юристов мало кто воспринимает всерьез. Хотя в некоторых государствах уже рассматривались судебные дела детей против родителей. Так, в США ребенок обратился в суд против своих родителей за то, что они, зная, что их потомок имеет врожденное заболевание, обрекающее его на постоянные страдания, не провели операцию по искусственному прерыванию беременности.

До недавнего времени большинство стран считало любое искусственное прерывание беременности преступлением против жизни неродившегося человека и против Бога. Хотя древнее законодательство не криминализировало искусственное прерывание беременности, оно не относилось к выкидышу равнодушно. Преступлением считалось и причинение вреда женщине, в результате которого беременность прекращалась. Законы Хаммурапи гласили:

«§ 209. Если человек ударит дочь человека и причинит выкидыш ее плода, то он должен уплатить за ее плод 10 сиклей серебра» *.
* Хрестоматия по всеобщей истории государства и права. М., 1996.

Салическая правда устанавливала:
«XXIV § 4. Если же кто лишит жизни ребенка в утробе матери раньше, чем он получит имя, и это будет доказано, присуждается к уплате 4000 ден., что составляет 100 сол.» *.
* Там же. С.71.

Но законодательство было «глухо» к прерыванию беременности, совершенному по инициативе матери. Это не означает, что такие деяния не происходили. Они рассматривались как колдовство или как преступление против естества, подчиненные церковной юрисдикции. Наказание было самым суровым. Считалось, что человек в этом случае вмешивается в Божье провидение. К ответственности привлекалось как лицо, осуществившее аборт, так и женщина. Позднее изгнание плода каралось смертью, например, по Каролине — уголовному законодательству Франции до 1789 г.
Аборт, совершаемый по инициативе матери, а не любой выкидыш стал объектом спора общественных течений. К концу XIX века, когда женское движение все сильнее заявляло о своих правах, вопрос об абортах стал одним из принципиальных в отношениях между государством и обществом. Обращение к мировым религиям показало, что даже в религиозных текстах нет однозначной оценки. Дж. Ларю указывает:

«История творения человека, изложенная в Книге Бытия, свидетельствует о том, что до того, как Ягве вдохнул в ноздри Адама «дыхание жизни», сделав его «душою живою», тот был всего лишь сделанной из глины фигурой (2:7)… В библейской литературе невозможно найти подтверждение того, в какой именно момент душа входит в тело, а также представляет ли собой плод «личность» или нет. Спор об абортах основывается исключительно на теологических построениях и является вопросом веры» *.
* Аккерман Д. Любовь в истории. Ларю Дж. Секс в Библии. М., 1995. С. 405.

Разделились голоса в мусульманстве и в индуизме. Как отмечается в материалах «Мировые религии в поддержку выбора»:
«Все исламские теологи сходятся в утверждении, что аборт должен быть запрещен, когда он убивает душу, но вопрос о том, когда наступает «одушевление» плода, остается предметом серьезных споров… Среди ученых школы Шафии некоторые допускают аборт в любое время до 120-дневного срока, некоторые только до 80-дневного, а некоторые запрещают в любое время» *.
* Материалы Круглого стола «Репродуктивные права в России: пределы законодательного регулирования» (30 июня 2000 г., г. Москва).

Представители индуизма и буддизма считают аборт приемлемым в некоторых случаях. Израиль также не является страной, полностью запретившей искусственное прерывание беременности: аборт разрешен в тех случаях, когда беременность ставит под угрозу здоровье женщины. Аборт разрешен женщинам моложе 17 и старше 40 лет, а также если беременность наступила в результате изнасилования, кровосмешения, внесемейной связи или существует опасность неправильного развития плода.
Итак, проведенный анализ еще раз подтверждает: наиболее дискуссионный вопрос искусственного прерывания беременности — проблема возникновения новой жизни. Его определение предполагает закрепление в праве того или иного отношения к абортам.

Сторонники легализации абортов настаивают на наличии у женщины права на неприкосновенность частной жизни: «Аборт — это личный выбор женщины. Женщина имеет право принимать решения в отношении свбего тела». Вопросы, связанные с деторождением, должны быть исключительно частным делом человека.

«Судить о распространенности искусственного аборта в России в дореволюционное время очень трудно ввиду отсутствия статистических данных. Только отчеты некоторых крупных городских больниц дают косвенные указания на то, что и в России большие города давали значительное число искусственного аборта: в Петропавловской больнице в Петербурге аборты к общему числу гинекологических больных составляли в 1910 г. — 33%, в Саратовской городской больнице в 1911 г. — 20,5%, в больнице имени Тимистера в Москве в 1913 г. — 41,8%» *.
* Соловьев З.П. Вопросы социальной гигиены и здравоохранения. Избранные произведения. М., 1970. С. 131. Автором приводится статистика по странам Западной Европы. Во Франции до 500 тыс. абортов в год, в Германии — 200 тыс. При всем этом количество в среднем ежегодно привлекаемых к судебной ответственности лиц составляет 1/400 часть.

Именно противоречия между распространенностью данной практики, ее запрещением, минимальностью применения наказания и вредом, приносимым здоровью женщины, лишенной права обращения в медицинское учреждение, порождают требование о либеральном отношении к абортам.
Первым опытом официальной легализации искусственного прерывания беременности стала коммунистическая Россия. 18 ноября 1920 г. постановлением Наркомздрава и Наркомюста было закреплено:

«Но пока моральные пережитки прошлого и тяжелые экономические условия настоящего еще вынуждают часть женщин решиться на эту операцию, Наркомздрав и Наркомюст, охраняя здоровье женщин и интересы расы от невежественных хищников и считая метод репрессий в этой области абсолютно недостигающим цели, постановляют:
1. Допускается бесплатное производство операции по искусственному прерыванию беременности в обстановке советских больниц, где обеспечивается ей максимальная безвредность…» *.

* Там же. С. 133.

Однако уже 27 июня 1936 г. в целях повышения роста численности населения страны Центральный исполнительный комитет и Совет народных комиссаров СССР принимают Постановление «О запрещении абортов, увеличении материальной помощи роженицам, установлении государственной помощи многосемейным, расширении сети родильных домов, детских яслей и детских садов, усилении уголовного наказания за неплатеж алиментов и о некоторых изменениях в законодательстве о разводах».
Одновременно была сделана попытка стимулировать рождаемость: увеличен размер социальных пособий, отменены некоторые ограничения по предоставлению отпусков по беременности и родам, установлена уголовная ответственность за отказ в приеме на работу или снижение заработной платы беременным женщинам и т.д.

В 1955 г. 23 ноября этот запрет снова был отменен Указом Президиума Верховного совета СССР. Практика показывала, что, несмотря на указ, женщинам создавались дополнительные препоны в целях недопущения совершения ими аборта, поэтому 3 декабря 1961 г. последовало Постановление Совета министров СССР № 1065 «Об упорядочении выплаты пособий по временной нетрудоспособности и выдачи больничных листков».

Советское законодательство не смогло преодолеть настороженное отношение к практике абортов. Даже Закон РСФСР «О здравоохранении» от 29 июля 1971 г., систематизировавший законодательство в этой сфере, не упоминает об абортах, закрепляя лишь туманную фразу: «В целях охраны здоровья женщины ей предоставляется право самой решать вопрос о материнстве» (статья 66) *.

* Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1971. №31. Ст. 656. Статья 38 Основ законодательства Союза ССР и союзных республик о здравоохранении имела аналогичное содержание.
Все это подтверждает вывод о том, что запретительное отношение к абортам (а точнее к любым действиям, направленным на предотвращение беременности) было вытеснено из официального права. Оно активно пропагандировалось в обществе, создавая определенное отношение к самой операции без предоставления каких-либо альтернатив по планированию семьи. Очень четко советское «планирование семьи» было охарактеризовано И. Коном:
«1. Хотя формально право на планирование семьи и регулирование рождаемости, в соответствии с международными соглашениями, признавалось, фактически оно было не осуществимо.
2. Соответствующие услуги были недоступны или вовсе не существовали из-за полного отсутствия информации, отсутствия специализированных медицинских служб и квалифицированных кадров, а также современных контрацептивов.

3. Государство предписывало населению репродуктивное поведение, начиная с формулирования его мотивов и кончая выбором способов контроля за рождаемостью.

4. Единственным легко доступным методом регулирования рождаемости семьи был искусственный аборт.

5. Способы регулирования рождаемости сильно варьировались по регионам, в зависимости от этнографических, демографических и социально-экономических реалий каждого региона» *.

* Кон И.С. Сексуальная культура в России: клубничка на березке. М., 1997.

Действительно, достаточно полностью исключить половое воспитание, запретить продажу противозачаточных средств, тогда аборт станет самой распространенной операцией в обществе. Практика Советского Союза тому подтверждение.
В США первым законом по регулированию искусственного прерывания беременности стало правило, принятое в штате Коннектикут в 1821 г., запрещающее применение ядовитых веществ с целью вызвать аборт. С 1880 г. на всей территории страны аборты были запрещены на законодательном уровне. Только в конце 50-х — начале 60-х годов XX века начали поступать предложения о пересмотре отношения к данной проблеме. Решающими, как отмечается представителями американских СМИ, стали два факта.

В 1962 г. Ш. Финкбайн обратилась к врачу для осуществления аборта, так как на ранней стадии принимала талидомид. Этот транквилизатор предлагался беременным женщинам для снижения действия побочных эффектов и считался абсолютно безвредным, пока клиническая практика не доказала обратное. Из-за скандальной статьи, организованной ее мужем с целью предупреждения других женщин, ей было отказано. Тогда женщина уехала в Швецию, где был искусственно извлечен деформированный плод.

В это же время в США прошла эпидемия краснухи, вызывающей повреждения плода, если заболевание переносится женщиной в первые недели беременности. В период с 1962 по 1965 года заболело около 82 000 беременных женщин, родилось около 15 000 детей с различными аномалиями. Многим женщинам, пожелавшим сделать операцию по искусственному прерыванию беременности, в этом было отказано. В связи с этим было предъявлено обвинение Комиссией медицинских экзаменаторов штата Калифорния 9 врачам. Итогом стало решение Верховного суда США по делу «Роу против Уэйда», признавшее закон штата Техас об ограничении права на аборт противоречащим Конституции США, ущемляющим личную свободу женщины.

Были установлены сроки беременности, ограничивающие право женщины самостоятельно решать вопрос материнства. В первую треть беременности женщина имеет право на аборт и закон не может его ограничивать. Во вторую треть беременности вмешательство закона сводится к защите жизни матери, а на последней стадии решающим фактором становится защита жизни плода, за исключением, когда аборт необходим для сохранения жизни и здоровья матери. Тем самым Верховный суд закрепил за женщинами конституционно охраняемое право на выбор: делать аборт или нет, в пределах медико-биологической допустимости. В этом решении судьи семью голосами против двух признали, что если эксперты в области медицины, философии и теологии не могут прийти к единому мнению о начале жизни, то и судебные инстанции на данном этапе развития человеческих знаний не могут ответить на этот вопрос.

Это признание долгое время подвергалось критике. Республиканская партия на президентских выборах одним из своих агитационных лозунгов выдвигала тезис о запрещении абортов и пересмотре решения по делу «Роу против Уэйда». Сенат Конгресса США в резолюции 1981 года № 19 рассмотрел вопрос о начале разработки поправки к Конституции США относительно признания правосубъектности плода с момента зачатия. Однако, несмотря на продолжительное господство республиканцев и назначение Рейганом и Бушем своих сторонников на должность высоких судей, в 1992 году позиция высшей судебной инстанции США оставалась прежней. В деле «Комитет планирования семьи против Кэсей» суд отметил, что аборт оскорбляет моральные чувства некоторых людей, но «не может повлиять на наши решения. Наша обязанность состоит в том, чтобы мы определяли границы свободы, полагающейся всем, а не навязывали другим наш собственный моральный кодекс» *.

* Франковски С., Гольдман P., Лентовска Э. Верховный Суд США о гражданских правах и свободах. Варшава, 1997. С. 42.
В 1988 году Верховный суд Канады объявил недействительньми положения, разрешающие аборты только в специализированных больницах и только тогда, когда больничный комитет признает это необходимым в целях сохранения здоровья женщины. Суд сделал вывод, что запрещение абортов может создавать существенную угрозу «личной безопасности» и «не соответствует принципам «фундаментального правосудия», поскольку предусмотренные им процедуры ведут к предупреждению абортов даже у тех женщин, которые согласно установленным стандартам и по определению парламента, имеют достаточные основания для аборта» *.
* Дженис М., Кэй P., Брэдли Э. Европейское право в области прав человека (Практика и комментарии). М., 1997. С. 319.
Практика Европейского суда по правам человека свидетельствует о его осторожности в оценке законодательных актов об абортах. Согласно ст. 2 Европейской Конвенции о правах человека право на жизнь распространяется на нерожденных детей. Правда, при этом не затрагивается фундаментальный вопрос: с какого момента следует признавать право на жизнь, с момента рождения или с момента зачатия.
Далее… Ведущим в законодательстве выступает не право на жизнь, а право на уважение частной жизни (ст. 8), что оставляет определенную свободу выбора. В частности статья допускает ограничения права на частную жизнь, что позволяет положительно оценивать антиабортное законодательство. Вместе с тем это не исключает учета различных аспектов допустимости искусственного прерывания беременности, признавая их в тех или иных конкретных случаях как прямое продолжение реализации права свободно располагать собой.

Итак, политика государства и законодательство в области аборта сильно варьируют — от полного запрета до разрешения. Однако, несмотря на значительный накопленный опыт, в реальной политике не удается органически сочетать важнейшие принципы: здоровье женщины, здоровье будущего ребенка, автономия личности, господствующие в обществе этические нормы.